Из 70 осталось 6: боец с позывным “Руха” рассказал, что его разведбригаду расформировали на фоне огромных потерь

13 октября 2025 г.

Элитного подразделения «Эспаньола» больше нет.

88-я разведывательно-диверсионная бригада официально объявила о прекращении своего существования. Причиной, вероятно, стали огромные потери. Боец Руслан с позывным «Руха», который служил в этой бригаде, рассказал о катастрофической ситуации с личным составом и отношением командования к жизням и судьбам военных.

”

«Я диверсант по специальности. Вот нас шесть человек осталось. Было семьдесят — осталось шесть.» — говорит боец.

По словам Руслана, причиной таких потерь часто становится недостаточная подготовка новобранцев. Мужчины, которые проходят лишь двухнедельный курс обучения, почти сразу попадают на передовую. И, как правило, не возвращаются уже после первого же боевого задания.

”

«Набирают тех, кто них*я не умеет, — на их обучение тратятся миллионы. Они приезжают — их сразу же нах*й двухсотят», — отмечает Руслан.

Боец также рассказал о чудовищной ситуации с телами погибших. Их часто не эвакуируют. Дороги усыпаны останками погибших солдат, а под завалами домов остаются сотни тел. При этом командование, по его словам, запрещает даже собирать документы погибших.

”

«Потом нам запретили это делать, потому что Минобороны невыгодно. Я лично собирал за день, когда время было, 70–80 военных билетов, прикинь, за сутки. Просто представь — это сколько миллионов…», — дополняет Руслан.

По словам Руслана, распад «Эспаньолы» стал закономерным итогом той бойни, в которую командование бросало плохо обученных и морально истощённых людей.

Он говорит, что большинство тех, кто пришёл вместе с ним, уже давно числится «пропавшими без вести», хотя все прекрасно знают, где они остались — под завалами или где-то в грязных полях.

”

«У нас вон пацаны до сих пор там лежат. Никто их не ищет, не забирает. А потом родным пишут — пропал. Да какой пропал, если мы видели, где он лежит? Просто никому до этого нет дела», — так же подчеркивает Руслан.

Сейчас от некогда элитного подразделения в живых остались единицы. Те, кто выжил, говорят об «Эспаньоле» в прошедшем времени — как о чём-то, что больше не существует ни на бумаге, ни на фронте.