Суд приговорил Берковича и Петрийчука к шести годам лишения свободы в колонии общего режима

Режиссер Евгения Беркович и сценарист Светлана Петрийчук приговорены к шести годам колонии общего режима по обвинению в оправдании терроризма из-за постановки спектакля «Финист — Ясный Сокол». Приговор вынес судья Второго Западного окружного военного суда Юрий Массин. Обвинение требовало этих сроков, в то время как Беркович и Петрийчук настаивали на своей невиновности.

Хроника дела

Светлана Петрийчук написала пьесу «Финист — Ясный Сокол» в 2019 году. Она рассказывает историю девушки Марьюшки, которая, оказавшись в тяжелых жизненных обстоятельствах, влюбляется в мужчину из Сирии, намереваясь с ним построить счастливую семью. Однако ее новый знакомый оказывается террористом, и Марьюшку приговаривают к семи годам колонии. Образ Марьюшки — собирательный, ее играют несколько актрис, каждая из которых имеет свою историю.

В 2019 году пьеса была представлена на театральном фестивале «Любимовка», где получила грант на постановку. Премьера спектакля состоялась в декабре 2020 года, и после этого он неоднократно игрался, в том числе на фестивальных площадках.

В 2022 году спектакль «Финист — Ясный Сокол» победил в двух номинациях премии «Золотая маска», получив награды за лучшую работу драматурга и лучшие костюмы.

Как шло следствие

Беркович и Петрийчук были задержаны и арестованы в мае 2023 года. Дело было заведено по статье о публичном оправдании терроризма с использованием интернета, максимальное наказание по которой составляет семь лет лишения свободы.

Следствие ссылалось на экспертизу спектакля, проведенную Лабораторией деструктологии МГЛУ, составленную историком и религиоведом Романом Силантьевым. Российский федеральный центр судебной экспертизы при Минюсте позже сообщил, что деструктология не является наукой, и такая экспертиза не может служить доказательством.

В защиту Беркович и Петрийчук выступили артисты, режиссеры, писатели и общественные деятели, которые обратились с открытым письмом к уполномоченному по правам человека. Ходатайства об изменении меры пресечения удовлетворены не были, и обвиняемые находились в СИЗО до вынесения приговора.

Хроника выступления Беркович на суде:

[.] [.]
Я в этой драме в любом случае до финала.
И продолжить преступную деятельность
Я по-прежнему не могу,
Потому что я ее в принципе не начинала! […] […]

Как «театральное дело» разбиралось в суде

Дело было передано во Второй Западный окружной военный суд 24 апреля, а рассмотрение по существу началось 20 мая. Первые заседания были открытыми, но позднее их перевели в закрытый режим из-за поступающих угроз.

Прокурор заявлял, что пьеса содержит признаки оправдания терроризма и отражает радикальные идеологии ислама. Сторона обвинения считала, что Беркович и Петрийчук вступили в предварительный преступный сговор, чтобы разработать план совершения преступления.

В ходе слушаний выступали свидетели, среди которых был актер, смотревший спектакль, закрытый свидетель, и актрисы, исполнявшие роли в постановке. Защита утверждала, что целью пьесы было предостеречь девушек от подобных ситуаций, а не оправдывать терроризм.

Актрисы и другие артисты, выступавшие в суде, уверяли, что спектакль несет исключительно профилактический характер, направленный на предостережение от опасных знакомств в интернете и разоблачение террористов.

Эксперты также выступили с мнением о неправильности трактовки произведения как пропагандирующего терроризм.

Произведение было названо «Драмой утраченных иллюзий» театроведом Николаем Песочинским.