Чем поделились Ельцин и Клинтон в недавно обнародованных стенограммах переговоров

Как США искали баланс между расширением НАТО и взаимодействием с Россией

Первый из 18 опубликованных документов датирован 6 марта 1993 года и содержит краткое содержание разговора между тогдашним госсекретарем США Уорреном Кристофером и генеральным секретарем НАТО Манфредом Вёрнером, который находился с визитом в Вашингтоне. Вёрнер призвал американского дипломата задуматься над вступлением в альянс стран Восточной Европы. «Вёрнер призвал секретаря начать рассмотрение возможных сроков, кандидатов и критериев для расширения членства,» — говорится в отчете. Генсек НАТО отметил, что восточноевропейские страны заинтересованы во вступлении в НАТО не из-за военной угрозы со стороны России (исключение составляют страны Балтии и Украина), а из-за нестабильной внутриполитической обстановки и риска возвращения авторитарных сил.

В Архиве национальной безопасности США подчеркивают, что это один из первых документов, описывающих дискуссии в администрации 42-го президента США Билла Клинтона по поводу расширения НАТО. К осени 1993 года дискуссии между сторонниками расширения альянса и теми, кто предлагал более осторожный подход и сотрудничество с Россией и Украиной, привели к формированию в Вашингтоне «двойного трека». С одной стороны, решено не отказываться от приема новых членов в НАТО (без указания четких сроков и критериев), с другой — запускается программа «Партнерство во имя мира» для новых и перспективных демократий в Восточной Европе, чтобы «обеспечить эволюционное движение к полноправному членству в НАТО,» говорится в документе Белого дома от 19 октября 1993 года.

В записке советника по национальной безопасности Энтони Лейка для Клинтона отмечается, что «любые действия на данном этапе, указывающие на приближение границ НАТО к России и Украине без одновременного включения этих двух государств, будут иметь серьезные негативные последствия для обеих стран.» Неделю спустя госсекретарь США рассказал первому президенту России Борису Ельцину про программу «Партнерство во имя мира». 22 июня 1994 года Россия присоединилась к программе.

В документе, подготовленном Советом национальной безопасности США в октябре 1994 года, предлагается институционализировать отношения с Россией по принципу «союз с альянсом», который стал бы альтернативой полноценному членству и предполагал бы консультативный механизм, но не наделял Москву правом вето на решения НАТО, включая вопросы, касающиеся бывшей Югославии. «Возможность членства в НАТО для Украины и стран Балтии должна быть сохранена; мы не должны загонять их в серую зону или в сферу влияния России,» — говорится в документе.

1 декабря НАТО сообщило, что приступит к рассмотрению вопроса о приеме новых членов в 1995 году. В конце того же месяца, выступая на заседании Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) в Будапеште, Ельцин обвинил США и НАТО в провоцировании «холодного мира» после холодной войны.

В декабре вице-президент США Альберт Гор посетил Ельцина в московской больнице и заверил его, что расширение НАТО будет сопровождаться консультациями с Москвой. Он также обещал, что альянс не запустит процесс приема новых членов в 1995 году, когда в России будут проходить парламентские выборы. В ответ на это Ельцин спрашивает, как будут выглядеть отношения Москвы с НАТО в случае расширения альянса. «Ну, обсуждалась и такая крайность — мы принципиально не против вступления России в НАТО,» — сказал Гор. Ельцин отвечает, что это невозможно. Из архивных материалов следует, что Гору удалось убедить Москву, что та неверно поняла заявление Североатлантического альянса, решив, что уже в 1995 году тот примет решение по срокам приема новых членов.

Как США готовили почву для расширения НАТО

Документы за 1995—1997 годы проливают свет на дискуссии в Белом доме, посвященные предстоящему расширению НАТО. В записке советника по национальной безопасности Энтони Лейка от 19 июля 1995 года описывается готовящееся исследование относительного того, как и зачем принимать новых членов, но при этом упоминаются растущее сопротивление России, беспокойство западноевропейских стран и сомнения в конгрессе США.

Лейк пишет, что новое исследование предлагает использовать «Партнерство во имя мира» как платформу, на которой страны могут продемонстрировать свой интерес и соответствие критериям для вступления в альянс. «Исследование должно успокоить россиян по поводу размещения ядерных и крупных обычных сил на территории новых членов: НАТО оставляет за собой право сделать это, но не видит причин для такого развертывания в настоящее время, особенно в отношении своего ядерного потенциала,» — говорится в записке.

Чиновник также отмечает, что первая половина 1996 года будет посвящена внутренним дискуссиям по поводу конкретных требований к вооруженным силам перспективных членов НАТО, и такой «продуманный темп» призван убедить Москву, что альянс не планирует поспешного расширения, а также не даст националистическим силам в России политические «боеприпасы» в преддверии выборов 1996 года. «Противодействие России расширению НАТО вряд ли уступит в ближайшей или среднесрочной перспективе какому-то неодобрительному одобрению <...> Мы не стремимся к тому, чтобы Россия в любом случае одобрила расширение НАТО, а лишь к сдержанной реакции в контексте более широкого сотрудничества,» — говорится в документе.

Накануне и после российских президентских выборов 1996 года США осуществляют интенсивные контакты с Москвой, посвященные выработке условий, на которых впоследствии будет подписан Основополагающий акт Россия—НАТО. Один из ключевых рассекреченных документов этого периода — докладная записка помощника госсекретаря США по делам Европы и Канады Джона Корнблюма, описывающая подход Москвы: попытки отсрочить или даже предотвратить расширение НАТО и одновременный запуск диалога между Россией и Североатлантическим альянсом.

В отношении последнего Москва выдвинула несколько условий: отказ НАТО от размещения вооружений на территории новых членов, отказ от предоставления членства Украине и странам Балтии, а также создание механизма, который позволил бы Москве влиять на процесс принятия решений в альянсе.

Американский дипломат называет предоставление подобных гарантий недопустимым и предлагает следующую стратегию: убедить Москву в том, что США хотят, чтобы «отношения с Россией в области безопасности строились на основе максимально возможного сотрудничества; чтобы Россия была интегрирована в европейское сообщество безопасности нового типа; чтобы голос России был услышан в европейских советах по принятию решений; расширение НАТО и другие институциональные изменения направлены на достижение этой цели.»

Что Ельцин и Клинтон обсуждали на саммите в Хельсинки

С начала 1997 года российская и американская стороны приступили к интенсивным переговорам по конкретным формулировкам Основополагающего акта Россия—НАТО, кульминацией которых стал саммит на высшем уровне в Хельсинки в марте. Ельцин не дал ни «неодобрительного одобрения», ни «сдержанной реакции» на предстоящее расширение НАТО, как на то надеялись в Вашингтоне.

Из рассекреченной расшифровки переговоров следует, что российский президент открыто заявил Клинтону, что считает заключение Основополагающего акта вынужденным шагом. «Наша позиция не изменилась. Продвижение НАТО на восток по-прежнему является ошибкой. Но я должен предпринять шаги, чтобы смягчить негативные последствия этого для России,» — отметил Ельцин.

Российский лидер заявил, что готов заключить соглашение с НАТО не по собственному желанию, а из-за вынужденных обстоятельств. Он подчеркнул недопустимость размещения ядерных и неядерных вооружений на территории новых членов альянса, отмечая, что такое размещение создаст «санитарный кордон» против России.

Ключевым требованием Ельцина было закрепление того, что расширение НАТО не должно затрагивать бывшие советские республики, особенно Украину. Он также выразил недовольство по поводу активности генерального секретаря НАТО Хавьера Соланы в Центральной Азии, считая ее антироссийской.

«У нас нет никаких территориальных или гегемонистских претензий к странам СНГ и Балтии. Мы проводим политику на основе доверия и хотим поддерживать отношения с ними на том же уровне, что и внутри НАТО», — отметил Ельцин.

Российский президент выразил также возмущение по поводу выстраивания США отношений с Киевом и проведения маневров ВМС возле Крыма. Он указал, что это подобно военной подготовке кубинцев Москвой. «Мы не собираемся захватывать Севастополь. Наш интерес — поддерживать инфраструктуру для Черноморского флота. Мы уважаем территориальную целостность Грузии, Молдовы и других стран и не претендуем на их территории», — подчеркнул Ельцин.

Президент США Билл Клинтон отверг предложение Ельцина не включать бывшие советские республики в состав НАТО, отметив, что это подорвет усилия по созданию обновленного альянса. Клинтон также напомнил, что ранее не исключал возможность вступления России в НАТО.

Ельцин предупредил, что если хотя бы одна из бывших республик СССР будет включена в НАТО, Россия сочтет соглашение недействительным. Он настаивал на личной гарантии от Клинтона.

Клинтон вновь отказался, заявив, что Конгресс США узнает об их договоренности, и предпочел бы, чтобы ограничения ввела Госдума. Американский президент подчеркнул, что не может налагать вето на расширение НАТО ни для одной страны.

На саммите НАТО в Париже 27 мая 1997 года был подписан Основополагающий акт Россия — НАТО. В 1999 году в альянс вошли Венгрия, Польша и Чехия, а в 2004 — первые бывшие советские республики: Латвия, Литва и Эстония, а также Румыния, Болгария, Словакия и Словения.

Как шли переговоры по ДОВСЕ

После заключения Основополагающего акта Россия и США начали переговоры о новом Договоре об обычных вооруженных силах в Европе. В телеграмме в 1998 году заместитель госсекретаря США Строуб Толботт выразил обеспокоенность стремлением России создать для новых членов НАТО особые условия, отличные от действующих для остальных.

Как Москва и Вашингтон искали выход из косовского кризиса

Отношения России и США ухудшились после начала операции НАТО в Югославии в марте 1999 года. В первом телефонном разговоре после начала боевых действий между российским и американским президентами, состоявшемся 19 апреля, Клинтон предложил наладить диалог между Толботтом и российским премьером Виктором Черномырдиным.

Ельцин назвал бомбардировки Югославии «гуманитарной катастрофой» и отметил рост антиамериканских и антинатовских настроений в России. Он предупредил, что давление на российское руководство в пользу оказания помощи Югославии возрастает, добавив, что Россия выступает против вовлечения в конфликт, но ее возможности ограничены.

По мнению Бориса Ельцина, коммунисты настаивают на отправке вооружений и войск в Югославию, что может спровоцировать глобальный конфликт. Он призывает к прекращению боевых действий, возвращению беженцев и политическому урегулированию с предоставлением автономии Косово, сохраняя территориальную целостность Югославии. Основное противоречие между Ельциным и Клинтоном касается характера международного присутствия: Ельцин настаивает на гражданском характере миссии, в то время как Клинтон считает, что она должна включать военные компоненты.

Ельцин предложил, чтобы в Косово появился сильный албанский лидер для переговоров с Милошевичем. Он подчеркнул, что Югославия не примет военную миссию под руководством НАТО. Лучшим вариантом, по его мнению, была бы миротворческая миссия ООН.

В следующем документе от 21 июля 1999 года американский дипломат сообщает об итогах переговоров с Черномырдиным. Было достигнуто «неохотное согласие» на присутствие НАТО в «Силах для Косово» (KFOR). Черномырдин также сообщил, что Милошевич согласился на присутствие НАТО в Косово. Однако имеются сомнения, что российское политическое и военное руководство поддержит это решение.

11 июня 1999 года югославская армия и НАТО подписали Кумановское соглашение о прекращении бомбардировок и выводе югославских сил из Косово. Совет Безопасности ООН принял резолюцию 1244, разрешающую иностранное правовое присутствие в регионе, и 12 июня силы KFOR вошли в Косово. Из-за отказа НАТО выделить Москве отдельный сектор, Россия приказала своему контингенту занять аэропорт в Приштине. В результате переговоров российские силы были распределены по всему Косову в рамках KFOR без собственного сектора.

Какое в США и Британии было первое впечатление о Путине

Заключительный документ, опубликованный Архивом национальной безопасности США, датирован 16 ноября 2000 года и посвящен первому впечатлению НАТО от нового российского президента Владимира Путина. В документе приводятся слова британского посла в НАТО Дэвида Мэннинга, который отметил обеспокоенность по поводу сохраняющихся старых взглядов российского руководства.

Мэннинг предположил, что Путин может затянуть взаимодействие с новой администрацией США и решение нерешенных вопросов, ожидая инаугурации Джорджа Буша-младшего. Дипломат также заметил, что представители Минобороны России используют устаревшие формулировки, и о партнерстве с Западом не идет речи.

Толботт указал, что Западу придется столкнуться с последствиями политики Ельцина, который часто переходил от категорического «нет» к неохотному «да». Было достигнуто многое, включая продажу ракет Индии и Ираку, миротворческие усилия в Боснии и Герцеговине и расширение НАТО. Однако Путин, стремясь дистанцироваться от Ельцина, будет осторожнее с Западом. В то же время Толботт предположил, что следующий раунд расширения НАТО может пройти легче при Путине, поскольку он больше сосредоточен на стратегических угрозах, таких как исламский экстремизм и Китай.