Март 2026 года стал самым кровопролитным месяцем для российской армии за всё время спецоперации.
На это этом неоднократно намекали Z-военкоры. Накануне данные украинской разведки озвучил Зеленский. Названные им цифры подтверждают беспрецедентный уровень потерь. Всему виной — дроны. Зеленский озвучил количество ударов технологических подразделений ВСУ.
”
«Потери российских войск за этот март превысили 35 тысяч человек — это самый высокий показатель с начала войны. Речь идет о подтвержденных случаях: наши подразделения, такие как «Птицы Мадяра» и ЦСО «А», фиксируют каждое поражение. Также уничтожено более 270 систем ПВО. Это цена попыток наступления, которые нам удалось сорвать», — сообщил Зеленский.
Удручающие данные потерь, озвученные Киевом, косвенно подтверждает ситуация в малых населенных пунктах России. В якутском селе Андрюшкино глава местной администрации Сергей Третьяков на заседании регионального парламента привел данные, которые шокировали даже самых лояльных депутатов. В селе с населением всего 839 человек на фронт забрали 75 мужчин — то есть каждого третьего трудоспособного жителя.
”
«Из 72 ушедших 22 уже погибли. Это огромные потери для нашего маленького села. Мы обязаны сохранить жизни оставшихся ради будущего нашего народа, иначе село просто исчезнет с карты», — рассказывант Третьяков.
Социолог Марина Самойлова отмечает, что на фоне таких потерь на фронте военному командованию приходится искать новые источники пополнения живой силы.
”
«Если переложить пропорции Андрюшкино на масштаб страны, мы увидим катастрофу. Коренные малочисленные народы Севера вымываются с карты России целыми семьями. Это скрытая форма этноцида, когда на «мясные штурмы» в первую очередь отправляют тех, чьи голоса в Москве тише всего», — подчеркивает Самойлова.
Ситуация усугубляется тем, что на фоне колоссальных потерь темпы продвижения армии в марте упали вдвое. Политолог Алексей Градов считает, что командование попало в ловушку собственной стратегии: ресурсов тратится больше, чем приобретается территорий.
”
«35 тысяч человек в месяц — это население небольшого российского города. Стоит ли захват пары разрушенных лесопосадок таких жертв? Ответ очевиден. Но признать это — значит расписаться в поражении. Поэтому из Якутии, Рязани и Приморья продолжают выкачивать людей, обещая льготы, которые многим уже никогда не понадобятся», — дополняет Градов.
В итоге март 2026-го показал: наступать нарастающими от месяца к месяцу темпами российская армия больше не может, а цена за попытки это сделать — рекордные тридцать пять тысяч жизней за 31 день — то есть тысяча сто тридцать жизней обрывается только за сутки.
Пока вузы проводят агрессивный рекрутинг среди студентов, тупик на фронте признают даже самые ярые сторонники СВО. Оказалось, что в современной войне «мясные штурмы» не приносят побед — они просто стирают с карты села и города.
